О смысле и миссии
Редакция: Сергей, вы являетесь главным судьей Национальной банной ассоциации и признанным мастером года. Как ваш профессиональный статус отражается в концепции Siberia?
Нестор: Мой путь начинался с искреннего увлечения парением в общественных банях. Для меня баня не место, где человек просто погрелся и ушёл. Я смотрю на неё как на систему работы с состоянием человека. Баня — это про здоровье, про психологическую разгрузку, про баланс. Это место, где человек может по-настоящему выдохнуть, перезагрузиться, перестать суетиться, по-другому посмотреть на свои мысли и своё состояние. По сути, баня возвращает человека к самому себе.
Фотография Сергея Нестерова
Петербургский масштаб на Обводном
Редакция: Проект в Санкт-Петербурге занимает отдельное здание площадью две тысячи четыреста метров. Почему вы выбрали именно такой размах для флагманского комплекса?
Нестор: Siberia в Санкт-Петербурге мы открывали как флагманский комплекс, который в рамках масштаба нашей локации на Обводном канале позволит создать целый новый банный мир. Нам было важно не просто открыть баню, а создать пространство, где человек сможет прожить разные состояния. Поэтому там появилось пять уникальных аутентичных парных, пять банно-массажных пространств на одного или двух гостей со своей атмосферой, со своей драматургией. Мы построили настоящий мир, где каждый квадратный метр работает на расслабление гостя. Это первый случай, когда иммерсивный банный опыт представлен в столь грандиозном масштабе.
Драматургия «Мовни» и «Монастырской»
Редакция:В Петербурге представлены пять направлений бани. Какая идея заложена в основу пространств «Мовня» и «Монастырская»?
Нестор: Если коротко, это два разных состояния. «Мовня» — про деревенское детство. Про тепло, простоту, запахи трав, дерево, самовар, русскую печь. Мы собирали это пространство так, чтобы человек заходил — и у него сразу менялось внутреннее ощущение: становилось спокойнее, мягче, как будто ты выехал за город и никуда не спешишь. Это баня про воспоминание и про возвращение к себе через это состояние. «Монастырская» — противоположная по настроению. Это про тишину и внутреннюю концентрацию. Здесь меньше внешнего, больше внутреннего: приглушённый свет, узкие окна, звук колоколов. Всё сделано так, чтобы человек остановился, замедлился и просто услышал себя.
Если совсем просто: «Мовня» — про тепло и жизнь, «Монастырская» — про тишину и осознанность. И человек выбирает не состояние, в которое он хочет попасть.
Мистика Алтая и свежесть тайги
Редакция: Расскажите подробнее о залах «Саман» и «Берлога». Как интерьерные решения NB Studio помогают раскрыть эти темы?
Нестор: Здесь, как и в других пространствах, мы отталкивались не от дизайна, а от состояния, в которое должен попасть человек. «Саман» — это про более глубокие, непривычные ощущения. Парная полностью из глины, и за счёт этого возникает совершенно другой пар — мягкий, обволакивающий, он иначе ощущается телом. Плюс звук музыкальных инструментов, ароматные сухие травы, тематические ритуалы — всё это не просто декор, а элементы, которые помогают человеку переключиться и попасть в более «внутреннее» состояние. Это баня, где ты начинаешь чувствовать себя по-другому.
«Берлога» — противоположная история. Это про контраст, про холод, про таёжное ощущение. Снег, лёд, туман — всё сделано так, чтобы у человека возникло чувство, что он не в городе, а где-то в лесу, когда есть только тишина и воздух. И за счёт этих контрастов очень хорошо происходит перезагрузка.
И здесь важный момент: интерьер сам по себе ничего не решает. Он работает только тогда, когда совпадает со звуком, ароматом, температурой и действиями пармастера. Когда всё это складывается вместе, возникает не просто красивая картинка, а полноценное состояние, в которое человек погружается.
Формат конструктора и гастрономия
Редакция: В Siberia в Петербурге запустили новую систему работы «Конструктор». В чем заключается преимущество такого подхода для современного гостя?
Нестор: Конструктор появился из понимания, что баня — это очень индивидуальный процесс, и у человека каждый раз разный запрос на состояние. Кому-то важно прийти и полностью довериться мастеру, пройти полноценно разработанную нами программу. А кому-то, наоборот, важно самому задать ритм. И в этом смысле конструктор дает главное — свободу выбора. Человек арендует пространство и собирает свой сценарий: добавляет парение, массаж, скрабы, работу с купелями — в той комбинации, которая ему нужна именно сейчас.
При этом вся база уже выстроена: сервис, текстиль, косметика, гастрономия. Человеку не нужно думать о деталях — он может сосредоточиться на главном и прожить свой банный опыт так, как ему действительно хочется.
Расширение границ: Москва 2026
Редакция: Совсем скоро вы открываете второй комплекс в Москве. Какую главную идею вы несете в новое пространство?
Нестор: Новую Siberia в Москве мы тоже делаем как пространство состояний. Для меня важно, чтобы у каждой бани был свой характер, свой смысл и настроение. Это продолжение той же идеи, которую мы развиваем в Москве и Петербурге: баня как глубокая, осмысленная работа с человеком.
Образы «Аркаима» и «Искера»
Редакция: Залы «Аркаим» и «Искер» обещают стать уникальными архитектурными объектами. Что ждет гостей внутри этих пространств?
Нестор: Если говорить про эти пространства, то здесь мы работаем не с формой, а с ощущением пути. «Аркаим» — это история про погружение. Человек буквально спускается внутрь пространства, как будто в раскопанный древний город. Песок, глина, камень, массивная печь как очаг — всё собрано так, чтобы возникло чувство, что ты оказался внутри археологического слоя, внутри времени. Свет идёт сверху, через круглые проёмы, и за счёт этого появляется очень сильное ощущение изоляции от внешнего мира. Ты как будто вне города, вне текущего момента. И это даёт особое состояние — замедление и концентрацию.
«Искер» — другая драматургия. Это про прохождение. Пространство выстроено как маршрут: сначала полутемный коридор, сжатый, почти закрытый, и дальше — выход к воде, к ощущению воздуха. Мы работали с фактурами — влажный камень, металл, поверхности, которые отсылают к доспехам, к истории Сибирского ханства. И за счёт этого возникает ощущение силы, но не прямой, а глубинной, исторической. В обоих случаях пространство ведёт человека, и именно через этот путь человек проживает состояние, а не просто находится в банном пространстве.
Контрасты «Саха» и энергия «Хигола»
Редакция: Как в московском проекте будут реализованы темы Севера и вулканической стихии?
Нестор: Здесь мы работали через крайние состояния — холод и жар. «Саха» — это про Север и про контраст как основу. Пространство выстроено вокруг перехода: от тепла полу-юрты с живым огнём к ледяной среде — снежной комнате, холодным стенам, воздуху. И важно, что это не просто визуальный контраст. Он проживается телом. Человек проходит через эти смены температуры, и за счёт этого быстрее включается в процесс, быстрее очищается и перезагружается.
«Хигол» — противоположный полюс. Это про жар, про плотную, почти вулканическую энергию. Обугленное дерево, тёмный камень, обсидиан, живой огонь — всё пространство как будто «держит тепло». Здесь нет рассеивания, здесь наоборот идёт концентрация температуры и энергии. Это баня про мощный прогрев, про силу, про очень физическое, телесное проживание.
Будущее банной культуры
Редакция: Сергей, как вы видите развитие индустрии в ближайшие годы и какова роль Siberia в этом процессе?**
Нестор: Баня окончательно превратилась в ультрамодный тренд и серьезный институт оздоровления.
Я вижу рост интереса к камерным форматам и глубоко проработанным концепциям, которые работают на стыке жанров. Siberia задает высокие стандарты сервиса и доказывает, что традиции могут быть высокотехнологичными и эстетичными. Мы продолжим открывать новые грани иммерсивного опыта и развивать культуру парения как часть современного лайфстайла. Потому что баня, по сути, отвечает на очень важный запрос современного человека: замедлиться, выдохнуть, восстановиться и почувствовать себя живым.
